Препоны от дракона
материал размещен 10 января 2012 в 13:11, просмотров: 229
Следующий год может окончательно "раздраконить" мировую экономику Оценивая экономические итоги 2011-го, его можно назвать годом несбывшихся ожиданий. И самое отрадное, что не сбылось главное ожидание – приход новой волны кризиса. Накроет ли она республику в 2012-м? 
Зимой… Минувший год начался с прогноза о том, что мир находится на пороге рецессии и надо готовиться ко второй волне глобального кризиса. Что любопытно, точно таким же прогнозом он и закончился. Рецессия, как незваный гость, все на том же пороге, а кризис все также нависает волной.
Целый год мы провели в ожидании экономических катаклизмов: финансотрясений, нефтяных оползней, ценовых ураганов, валютных пожаров. Причем напряжение не ослабевало на протяжении всего года, экономическая жизнь подкидывала все новые поводы для беспокойства.
Зимой и весной ситуацию диктовала волна "цветных революций" в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Событие это было сугубо политическое, но оно угрожало обрушить экономику из-за разгула нестабильности. Но обошлось. Ведущие экономические (читай: нефтедобывающие) державы региона, такие как Саудовская Аравия, Кувейт, Арабские Эмираты, сохранили стабильность. А неурядицы в Тунисе, Египте и прочих государствах в масштабах мировой экономики сказались разве что на туризме.
…и летом одним цветом
Летом внимание всех экономистов переместилось с бедной Северной Африки на богатую Америку. Впервые в истории был снижен кредитный рейтинг США, прежде непоколебимый. А затем перед американским правительством замаячила реальная угроза дефолта – нарушения выплат по государственным займам. Эксперты рисовали мрачные картины, предрекая обвал доллара, разрушение американской "финансовой пирамиды", а вслед за этим коллапс мировых финансовых рынков. В итоге все тоже обошлось. Как в хорошо закрученном голливудском триллере, конгрессмены в последнюю минуту дали правительству необходимое разрешение на повышение лимита госдолга.
Осенью призрак дефолта переплыл через океан, добравшись до Европы. Перед угрозой невыплаты по долгам оказалась Греция. Это одна из самых маленьких экономик Евросоюза, но ее крушение могло стать детонатором общего падения. С острыми долговыми проблемами столкнулись также Португалия, Ирландия, Испания, Италия. К зиме эта проблема разрослась до того, что стал обсуждаться распад еврозоны. Причем спорили уже не о том, прекратит ли свое существование единая европейская валюта, а о том, через сколько недель это произойдет и насколько быстро это ударит по мировым рынкам. Но до конца года не случилось ни дефолта европейских стран, ни краха евро.
Наша нефть нас бережет
Хотя ни один из разрушительных сценариев в 2011 году не реализовался, пессимистично настроенные эксперты утверждают, что все равно в это время мировая экономика неумолимо двигалась к рецессии, все больше запутываясь в проблемах. И что кризис на самом деле уже начался, просто мы этого еще не поняли. Возможно, так оно и есть. Но только для Казахстана главный индикатор, главный предвестник и, собственно говоря, главная суть кризиса – падение цен на нефть. В минувшем же году на это не было даже намеков. Африканские, американские и европейские проблемы фактически пошли нам на пользу, подстегивая цены на нефть и другое сырье.
Практически весь год стоимость нефти держалась на среднем уровне выше 100 долларов за баррель. Это очень комфортное для Казахстана и других производителей значение. С одной стороны, такая цена обеспечивает стабильную прибыль, позволяющую не только покрывать расходы, но и делать накопления. С другой стороны, она не убийственна для потребителей, а потому не создает "ценовые пузыри". Мировые цены на металлы – второй по значимости казахстанский экспортный товар – также держались на достаточно высокой отметке.
Так что сколько бы ни было в 2011-м тревог и страхов, но макроэкономические условия были для Казахстана очень даже неплохие. Как мы смогли ими воспользоваться – уже другой вопрос.
Село борозды не испортило
По предварительным итогам, общие экономические результаты превзошли все ожидания. Реальный рост ВВП превысил 7%, хотя прогнозировалось не более 5%. Международные резервы достигли 75 миллиардов долларов. Год отметился рядом знаковых инфраструктурных и производственных проектов. Особенно внушительными выглядят достижения в сфере транспорта. Завершен наш участок железной дороги Казахстан – Туркменистан – Иран и участок Хоргос – Жетыген, который проложил второй железнодорожный маршрут в Китай. Запущен завод по производству пассажирских вагонов, который, как обещают, позволит организовать скоростные поезда во всех регионах республики.
Сданы важнейшие промышленные объекты и запущено строительство новых по Программе форсированного индустриально-инновационного развития. Тем не менее к реальному росту промышленного производства это пока еще не привело. А настоящим отраслевым "чемпионом" стало сельское хозяйство. Объемы продукции здесь выросли на впечатляющие 25% – за счет рекордного в новейшей казахстанской истории урожая зерновых.
В то же время государство само признало, что здесь заслуга больше хороших погодных условий, нежели каких-то технологичных прорывов. Большой урожай стал на самом деле неожиданностью, и теперь придется взять курс на то, чтобы отводить зерновым меньше площадей, отдав их другим культурам, чтобы уйти от "пшеничной зависимости". Пока еще нет конкретных результатов в животноводстве, на которое возлагаются такие надежды (и такие бюджетные деньги!!!). На внутреннем рынке цены на мясо подскочили, став одним из самых неприятных сюрпризов для населения.
Штурвал повернули, курс остался
Что касается реального бизнеса, то ожидалось, что в минувшем году поменяется главная тенденция – государство постепенно будет уменьшать свое присутствие, упрощать регулирование, отказываться от "ручного управления" экономикой. И вроде бы были приняты масштабные меры для этого. Во-первых, проведена реформа по упрощению разрешительной системы, резко сокращено число лицензируемых видов деятельности, до минимума упрощены процедуры регистрации бизнеса. Все большее количество процедур переводится в электронный формат. Во-вторых, принята программа по продаже населению части акций ведущих госкомпаний – так называемое "народное IPO".
Однако реального эффекта реформы пока не принесли. Упрощение разрешительной системы прошло в основном по "вершкам", потому что сроки регистрации и оформление лицензий – это уже далеко не главная проблема бизнеса.
А программа "народное IPO" слишком затянулась. Предполагалось уже в марте утвердить списки госкомпаний, акции которых выставят на продажу, и к концу года уже продать часть из них. Вместо этого к концу года утверждена лишь сама программа. В 2012-м экономическая ситуация может измениться настолько, что программу придется серьезно корректировать или отложить.
Так что на деле в 2011-м продолжилась тенденция усиления роли государства. Не случайно именно с его участием состоялась и сделка года – приобретение 10% в проекте освоения нефтегазового месторождения Карачаганак. На то, чтобы заставить иностранных владельцев проектов продать эту долю, пришлось потратить массу времени и сил. Пожалуй, даже слишком много – лучше было бы заняться проблемами тех нефтегазовых активов, которые уже под контролем государства, чтобы не допустить конфликтов, подобных жанаозенскому.
А банк и ныне там
К сожалению, не произошло коренных позитивных изменений в финансовой сфере. Доля неработающих, то есть невозвратных кредитов, в казахстанской банковской системе не уменьшилась, а напротив, выросла, достигнув почти 36%. Банки фактически не кредитуют производственный сектор, поскольку и им самим не возвращают долги.
Кроме того, остается сложной ситуация с банком БТА. В его портфеле 74%(!) кредитов – неработающие. Не имея возможности собрать деньги со своих должников, ему все труднее расплачиваться по собственным долгам.
Сейчас на повестке дня встал вопрос о новой реструктуризации долгов БТА, то бишь их частичного списания. Но списывать долги нельзя до бесконечности. Решить проблему могло бы привлечение в банк крупного стратегического инвестора. Весь год ждали, согласится ли российский Сбербанк приобрести БТА. В итоге все завершилось отказом. А другого покупателя, желающего и способного разобраться с многомиллиардными проблемами БТА, пока не предвидится.
В 2011 году частные банки так и не стали двигателем экономики. Несмотря на призывы власти, они не смогли повысить доступность ни кредитов для бизнеса, ни ипотеки для населения. Активно росло только потребительское кредитование, но позитивный эффект от этого весьма сомнителен. Фактически банковский сектор все более сводится к ростовщичеству. Поэтому подменять банки вынуждено государство, финансируя производственные проекты, субсидируя ипотечные кредиты. И реального выхода из этой ситуации так и не было найдено. Исламское финансирование еще не стало у нас хоть сколько-нибудь значимым, западные банки тоже былого интереса не испытывают.
Тяжелое наследие Кролика
Поскольку казахстанская экономика зависит от мировой, прогноз ее развития в 2012 году определяется внешними условиями. Основные проблемы здесь никуда не делись, и в наступившем году их так или иначе придется разрешать. Огромный госдолг США, долги европейских стран, судьба единой европейской валюты – все эти вопросы перенесены, но не сняты. И оттягивать их решение еще на год вряд ли получится. Поэтому Дракону придется расхлебывать (или опалить пламенем?!) все, что передал ему Кролик.
Примерно такая же ситуация и с нашими внутренними проблемами. Это касается и банковского сектора, и обрабатывающей промышленности, не успевшей встать на ноги. И все это – на фоне прогнозируемого ухудшения внешних условий и снижения цены на нефть.
Причем задача стоит не только в том, чтобы достойно встретить кризис и удержать макроэкономическую стабильность. Прошедший год обнажил острые проблемы микроэкономики, которым раньше уделялось мало внимания. Проще говоря, населению уже не хватает общих цифр, что у нас растет ВВП, увеличиваются резервы, строятся новые заводы. Нужно показать реальную отдачу от этого для людей. Макроэкономические показатели пора трансформировать в благосостояние населения. В этом и состоит главный вызов для экономики-2012. материал:
Сагит Оспанов, экономический аналитик, Астана |
